• Рассказы капитана
  • Не Боги горшки обжигают
  • Тихоокеанские каникулы
  • Ошибка
  • Возвращение к себе
  • Матросский вальс
  • Приключения Дикки
  • Россыпь(НОВ.)
  • Заметки на полях...
  • Полярная рапсодия
  • Фотоальбомы
  • Камбуз
  • Рыбалка-дело тонкое!
  • Каталог
  • Гостевая "Кубрик"
  • РЕКЛАМА

    Всех оставшихся в живых...

    Как же красиво выглядят украшенные флагами расцвечивания корабли, стоящие у причалов и на рейде, мачты водных станций и других морских предприятий и постов! Слово «праздник» само собой возникает при взгляде на это разноцветье. Прямоугольные, с косичками, треугольные, флаги эти поднимаются на штагах или, на современных судах, на фалах , идущих от носа или кормы к сигнальной мачте на верхнем мостике.

    Казалось бы, такое серьезное дело, соответствующие ему люди, и вдруг –цветные флажки. Баловство? Так может подумать только тот, кто совсем далек от моря и морских дел.

    История возникновения этих флагов идет с древних времен. В море часто возникала необходимость передать сообщение с судна на судно, да и стоящему на рейде судну зачастую нужна была связь с берегом. Сейчас это кому-то может показаться странным, но двести лет назад ни радио, ни электрических прожекторов, ничего этого не существовало. Вот, люди и придумали связь с помощью флагов. Для прямого разговора – флажной семафор, то есть - один человек с флажками в руках, машет ими по определенной системе, передавая букву за буквой, а другой читает и отвечает по той же системе. Однако это довольно неудобно, поскольку одно движение передает только одну букву или один знак.

    Моряки – народ изобретательный, вот и придумали они другую систему, в которой каждый флаг, раскрашенный определенным образом, означал букву или какой-то определенный смысл. Например, флаг «G» означает, что судну нужен лоцман. Дальше – больше. Возникли двухфлажные сигналы, за ними – трехфлажные. Международная морская общественность двести лет назад приняла первый свод сигналов, где были записаны сочетания флагов и значение этих сочетаний. Таким образом, моряки получили самый настоящий язык общения, при помощи которого можно поговорить практически на любую серьезную тему, возникшую в море.

    И сегодня, когда на судах есть всевозможная связь – и радиостанции, и мобильные телефоны и другие способы общения с судами и берегом, флаги остались в силе. Судно, идущее на вход или выход из порта, в светлое время несет особые флаги. Во-первых, это позывной судна, который оно получило при рождении, далее – свой государственный флаг и флаг того государства, в чьих водах идет, а еще - лоцманский флаг, если лоцман на борту и, до тех пор, пока судно не оформлено карантинными властями – желтый карантинный флаг. Он означает запрет всем подходить к судну, пока флаг не будет снят.

    На каждом судне есть такая книга – Международный Свод Сигналов, где расписаны все правила использования этих флагов и значение сочетаний флажных сигналов. Именно с помощью этих книг и можно передать любую информацию, будучи уверенным, что все это прочтут именно так, как набрано. Существуют и другие Своды и книги, с другими значениями и флагами. Это – военные коды. Их издают военные ведомства стран для внутреннего пользования, поэтому мы о них не говорим.

    Устье реки Эльба. Идти по ней до Гамбурга предстояло более трех часов. Судно подходило к месту приема лоцмана. Все было готово. На случай, если придется отдавать якоря, третий помощник с боцманом были уже на баке . На сигнальной мачте подняты нужные флаги. Слабым, от хода судна, ветром нарядно полоскало позывные судна, а рядом – флаги Германии и России.

    К судну бодро подлетел лоцманский катер и, лихо отработав задним ходом, замер у опущенного с борта штормтрапа. Высокий, сухощавый лоцман поднялся на борт и, в сопровождении четвертого помощника, быстрым шагом направился на ходовой мостик. Все шло спокойно, обычно. Ничего нового. Сотни раз происходило такое на этом судне. Впрочем, как и на любом другом. Во всех портах мира все или почти все одинаково. Лоцман поздоровался с капитаном, помощником и рулевым.

    - Поднимите лоцманский флаг, - приказал второй помощник вахтенному матросу, наблюдавшему за окружающей обстановкой на крыле мостика. Через несколько минут матрос вернулся и продолжил наблюдение за обстановкой.

    Каждый делал свою работу. Сидя на «капитанском» высоком кресле, сесть на которое штурмана даже и думать не смели, капитан смотрел вперед, чутко контролируя все команды, даваемые лоцманом, их перевод вторым помощником и исполнение рулевым матросом.

    Буфетчица впорхнула на ходовой мостик с подносом, на котором были стандартные кофе, чай, сыр, сервелат для лоцмана. Улыбнувшись, лоцман отпустил любезное «Данке», и с явным удовольствием налил из термоса душистый, только что заваренный напиток.

    - «Черт, - подумал второй, - а карантинный-то подняли?»

    - Не-а, - ответил на вопрос матрос.

    - Быстро! - прошипел второй, злясь то ли на себя, не давшего указание, то ли на матроса, который мог бы и сам сообразить. Впрочем, у молоденького матроса было алиби – он делал свой второй рейс, и ему-то было простительно такое упущение.

    - Все, поднял, - доложил матрос через пять минут.

    - «Вот, и слава Богу», - подумал второй, вздохнув облегченно.

    Минут двадцать – только команды лоцмана, перевод второго и репетование рулевым.

    Внезапно по радио прозвучала речь на немецком языке. Второй уловил название судна. Лоцман снял трубку аппарата и ответил.

    - "Was ist die Situation auf dem Schiff?» - прозвучало в динамике радиостанции. Не нужно было быть немцем, чтобы понять, что вопрос касался обстановки на судне.

    - Es geht mir gut, - ответил лоцман и повесил трубку.

    Второй когда-то, в школе, изучал немецкий. Все давно перезабыл, но чтобы понять Situation, Schiff и gut, больших знаний и не требовалось.

    Через пять минут все повторилось. Другой голос в эфире спросил то же самое. Ответ, произнесенный лоцманом несколько раздраженно, последовал немедленно. При этом лоцман повернулся к капитану и с улыбкой пожал плечами - бывает, мол, такое с ними - странные вопросы задают. Капитан улыбнулся в ответ и понимающе кивнул.

    Странность эта была бы забыта всеми и навсегда, если бы не доклад, поступивший с крыла мостика, от наблюдающего за обстановкой матроса.

    - Слева по борту военный корабль! Уже близко! – добавил матрос.

    Второй метнулся на крыло. Действительно, их догонял корабль береговой охраны. На его ходовом мостике стояли пять человек в форме и разглядывали судно в бинокли.

    - Сергей Витальевич, - доложил капитану второй, - корабль береговой охраны догоняет нас. Идет опасно, на расстоянии не более полутора кабельтов.

    Капитан и лоцман вышли на крыло. На лицах обоих - удивление.

    - В чем дело? – спросил капитан лоцмана, - Почему они так опасно маневрируют?

    - Одну минуту, сейчас узнаю, - ответил лоцман, взял трубку радиостанции и вызвал корабль. Ответили сразу. Далее шла оживленная перепалка, после чего лоцман повернулся к капитану.

    - Господин капитан, командир этого корабля говорит, что у вас что-то с флагами. Они не вполне понимают ваши намерения…

    Капитан ничего не ответил. Сделал это за него его взгляд, адресованный второму помощнику, который немедленно бросился на крыло и далее - по трапу, на верхний мостик.

    Вернувшись, второй тихо доложил что-то капитану. Побагровев, капитан сказал, а если быть точным - прошипел:

    - Старпома на мостик! Немедленно! – и для убедительности притопнул ногой, чего раньше никогда не делал

    Когда ничего не понимающий старпом влетел на мостик, капитан пальцем поманил его в штурманскую, где на штурманском столе уже лежала раскрытая книга. По светло-зеленому цвету обложек второй сразу узнал «МСС» - Международный Свод Сигналов.

    О чем они там говорили, второй не слыхал, но через пару минут старпом был уже на баке, а боцман бежал к надстройке.

    Корабль через пять минут отстал и ушел в ему только ведомом направлении. Второй слыхал топот и какие-то крики на верхнем мостике, в районе сигнальной мачты, но уйти с ходового мостика, чтобы глянуть, что там происходит, не мог.

    Уже по окончании швартовки, в штурманской, он посмотрел на то, что было на открытой странице номер шестьдесят шесть. Двуфлажное сочетание букв HQ немедленно объяснило все, что произошло.

    Матрос, получив задание поднять карантинный флаг, поднялся на верхний мостик. На сигнальной мачте на всех судах мира имеется рея, на которой закреплены небольшие блоки, через которые пропускаются тонкие фалы. Обычно таких фалов по три или четыре с каждого борта. По упущению боцмана, их оказалось всего четыре – по два с каждого борта. Вероятнее всего, снимая флаги, матросы упустили их или просто плохо закрепили концы, а сильный ветер доделал все остальное - выдернул фалы из блоков и унес в море.

    Так вот, обнаружив, что все фалы заняты, матрос подумал и решил, что ничего плохого в том, что он поднимет карантинный флаг на одном фале с лоцманским, не будет.

    Для справки:

    Флаг "H" в однобуквенном варианте означает «У меня есть на борту лоцман».

    Флаг "Q" в однобуквенном варианте означает «Мое судно незараженное, прошу предоставить свободную практику»

    Флаги "HQ" в двухбуквенном варианте означают: «Передайте оставшихся в живых на мое судно»

    Мораль… А нужна ли она? Если нужна, то она очень проста. На море нет, да и быть не может мелочей!

    Далее --->