Россыпь
  • Рассказы капитана
  • Не Боги горшки обжигают
  • Тихоокеанские каникулы
  • Ошибка
  • Возвращение к себе
  • Матросский вальс
  • Приключения Дикки
  • Россыпь(НОВ.)
  • Заметки на полях...
  • Полярная рапсодия
  • Фотоальбомы
  • Камбуз
  • Рыбалка-дело тонкое!
  • Каталог
  • Гостевая "Кубрик"
  • РЕКЛАМА

    Чикен Дахау

    Судно зашло в Ванкувер. Не тот огромный канадский двухмиллионник, а совсем небольшой американский, в округе Колумбия, неподалеку от большого тезки. Всего около пятидесяти тысяч жителей. Как думаете, чем он знаменит? В тридцатые годы это знал каждый взрослый и малыш в обеих наших странах. Все дело в том, что именно рядом с этим городком в июне 1937 года приземлился экипаж в составе Чкалова, Байдукова и Беляева после своего исторического беспосадочного перелета из Москвы в Ванкувер через северный полюс.

    Ввиду скудности собственной истории, американцы крайне бережно относятся к тем крупицам, которые достойны того, чтобы о них помнить и в будущем рассказывать о них потомкам и миру. Достаточно увидеть, как бережно и даже с любовью в Калифорнии сохраняется «Форт Росс» - российская колония. Та самая, в которой разворачивались драматические события любви между графом Рязановым и дочерью испанского коменданта Кончитой, так прекрасно воспетые Алексеем Рыбниковым и Андреем Вознесенским в рок-опере «Юнона и Авось». И не просто сохраняются исторические сооружения и предметы. Студенты там, в Форт Россе, одеты в русские одежды тех времен, занимаются нехитрыми хозяйскими делами. Таким образом американцы отдают дань уважения тем, кто первыми обживал Калифорнию. К сожалению, для русской Калифорнии все закончилось тем же, чем закончилась русская история на Аляске.

    Не забыли американцы того исторического прилета. Имя Валерия Чкалова в Ванкувере почти все время на слуху. Это и памятник, и площадь, и улица. Русские в порту – тоже событие для города, и на борт постоянно приходят посетители, чтобы посмотреть на этих сумасшедших русских, которые когда-то, очень давно, на своем летающем чуде того времени перелетели через северный полюс. Ну вот, с исторической частью мы покончили. Теперь вы точно знаете, что за городок такой этот Ванкувер, о котором мы сегодня говорим. Далеко не первый, но и не совсем последний в смысле истории этой страны. Во всем остальном – маленький, спокойный, уютный городок.

    Итак, возвращаемся к делу. На что только ни идут коммерсанты в своем стремлении продать товар! В Штатах это очень хорошо чувствуется, и первый на судне, кто с этим сталкивается – старпом, поскольку именно он и заказывает в портах продукты, чтобы повар с артельщиком могли вкусно и сытно кормить экипаж, работающий вдали от дома, от семьи и от домашней еды. Молодой шипчандлер, то есть снабженец судов, если перевести это название его работы, был очень многословен и напорист. С одной стороны это нравилось старпому, а с другой - немножко раздражало. Овощи, фрукты, мясо, масло… Почти все уже заказал старпом, но шипчандлер не успокаивался.

    - Старпом, возьми курочек – это такое удовольствие, есть наших курочек! Они такие… Наш комбинат… - и далее следовало пространное объяснение, почему старпом просто обязан был заказать у него максимально возможное количество кур.

    То ли он немного передавил, то ли действительно, в артелке еще оставалась пара ящиков, но старпом не стал заказывать кур. Шипчандлер не расстроился, но и не успокоился. Договорились, что на следующий день он заедет за старпомом и повезет его в свой склад-офис, где концентрируются заказанные продукты перед доставкой на судно.

    Так и было. Посмотрели практические готовые к погрузке на небольшой грузовичок продукты, а затем шипчандлер сказал, что ему хотелось бы еще в одно место заехать, если старпом не возражает. Он не возражал.

    Как и можно было бы предположить, этим местом оказался местный мясокомбинат. Старпом никогда не бывал на мясокомбинатах, да и желании у него такого никогда не возникало. Вариантов, однако, не было.

    Комбинат поразил своим размахом, несоразмерным величине городка, а также стерильной чистотой. Запах животных и птицы был только в приемной части комбината. Во всех остальных помещениях была полнейшая чистота и чистый воздух. Все делалось гуманным способом для животных, а сама разделка была настолько четко отработана, что старпом поразился отсутствию отходов и очень большому ассортименту на выходе.

    - И что, все до последнего копытца в дело идет?

    - Конечно. Вот только с поросячьим визгом пока не знаем, что делать, однако полагаю, что в свое время и он в дело пойдет, - пошутил шипчандлер.

    Показал он и куриный цех. Все то же самое – идеальная чистота и максимальная автоматизация, а на выходе – все от упакованной целой курицы до полной разборки и расфасовки ее по «запчастям». Сегодня нас трудно удивить этим, а тогда видеть такое жителю страны синих костлявых птеродактилей, выдаваемых за кур, было большим потрясением.

    Все прекрасно, но там были еще и печи. В них сжигали не совсем кондиционных кур, а также излишки, которые могли бы сбросить цены на продукцию… Конечно, куры находились в полном неведении, поскольку попадали туда уже неживыми. Сам факт, однако, возмутил старпома.

    - Это же «Чикен Дахау» какой-то!

    - Разве? – удивился шипчандлер, - Но ведь все гуманно, все чисто. Никого не мучают. Почему «Дахау»? Чистая коммерция и здравый смысл.

    Как бы то ни было, кур в тот раз старпом не заказал.

    Почти через месяц пришли в северокорейский порт Раджин. Очень своеобразная страна… На любой вопрос шипчандлер твердо отвечал одними и теми же словами:

    - У нас все есть!

    - И куры есть?

    - Да. Куры есть. У нас все есть!

    Договорились. Стоянка была несколько дней. Утром второго дня стоянки в каюте старпома раздался телефонный звонок. Звонил боцман от трапа.

    - Игоревич, мы кур заказывали?

    - Да, а что?

    - Ты спустись, пожалуйста, к трапу… Они пришли.

    - Хорошо, иду, - ответил удивленный старпом. Ну, привезли продукты. Что тут необычного? Чего это боцман его решил вызвать? Не знает, что делать?

    Увиденное мигом вымело из головы все предыдущие мысли.

    Три корейца прутиками гнали по причалу стадо непрерывно кудахчущих кур. Заказывал старпом сотню. На взгляд, столько и было.

    - Что будем делать? – мрачно спросил боцман, - Кто это войско в съедобный вид приводить будет?

    - А сам не догадываешься? - чувствуя легкое раздражение то ли на боцмана, то ли на себя, спросил старпом.

    - Догадываюсь. А как мне объяснить матросам, что это тоже палубная работа?

    - Все понял, - помолчав, ответил старпом, - иду к капитану за водкой, а ты поднимай палубную команду. Не бросать же живность на причале…

    Почти двое суток на корме происходило тяжкое – там обрабатывали кур.

    Старпом счел благоразумным не показываться там. Во-первых, не хотел видеть происходящего, а во-вторых, он прекрасно знал, что о нем думают матросы, ощипывающие тушку за тушкой. Если быть до конца честным, он сам о себе был того же мнения.

    А перед глазами стоял тот мясокомбинат и те куры с «запчастями»… Там, в Ванкувере победил не здравый смысл. Да и ответ на вопрос о том, что же такое «Чикен Дахау», уже не был для старпома таким однозначным.

    Далее --->